%d1%80%d0%be%d0%bb%d0%b0%d0%bd-%d0%b4%d1%8e%d0%bc%d0%b0

Для Ролана Дюма, ближайшего соратника Франсуа Миттерана, в прошлом министра иностранных дел и председателя Конституционного совета Франции, годы войны, 70-летие Победы в которой отмечают во многих странах мира и в первую очередь в России, совсем не страницы учебника истории. Они страницы его биографии. Ведь Ролан Дюма принимал активное участие в движении Сопротивления в оккупированной Франции, с оружием в руках освобождал Париж. «Российская газета» встретилась с ветераном французской дипломатии, другом нашей страны накануне юбилейных праздников.

У многих россиян создается впечатление, что на Западе, если не умалчивается, то всячески приуменьшается роль СССР в Победе над гитлеровской Германией во Второй мировой войне. И это несмотря на то, что три четверти живой силы и боевой техники были уничтожены на Восточном фронте. Вас это не удивляет?

Ролан Дюма: Удивляет, но еще больше огорчает. Действительно, общая тенденция последних лет такова, что, мол, следует забыть или по меньшей мере представить в иной интерпретации как годы той, пожалуй, самой ужасной трагедии человечества, так и вынесенные из нее уроки. Но реалии тех лет не изменить. Как бы ни старались переписать историю, в ней останется непреложный факт: вклад России в разгром Третьего рейха был решающим. Без него еще неизвестно, чем бы закончилась та война. Конечно, и США внесли свою важную лепту в общую Победу. Но нельзя выпячивать роль американцев в ущерб русским, что часто происходит. Мы знаем, сколько миллионов ваших солдат и офицеров сложили головы на полях сражений. Об этом нельзя забывать. Недопустимо переиначивать правду о тех событиях в угоду сегодняшним конъюнктурным соображениям. Это вопиюще несправедливо по отношению к русскому народу, ко всем, кто боролся с нацизмом вместе с ним, как это делали французские летчики из эскадрильи «Нормандия-Неман».

По моему убеждению, предстоящие торжества в Москве по случаю 70-юбилея, сам этот великий праздник должны напомнить бывшим союзникам о том, что в те драматические времена их предшественники, невзирая на противоречия, проявили волю, смелость и мудрость, объединив силы ради победы над опаснейшим врагом. Этим надо руководствоваться и сейчас, чтобы положить конец кризису между Западом и Россией, вызванному событиями вокруг Украины.

Иные времена, иные политики. Американский президент отказался от поездки в Москву, как и некоторые другие его западные коллеги…

Дюма: И очень жаль. Нельзя упускать любые возможности, тем более такую, что представилась в связи с празднованием Дня Победы в Москве. Близоруко. Недальновидно. Вспомните, меньше года тому назад на 70-летие высадки союзных войск во Францию прилетели все приглашенные лидеры стран — участниц Второй мировой войны, включая Владимира Путина, и именно тогда появился на свет «нормандский формат» по урегулированию украинской ситуации.

А как вы расцениваете демарш представителя МИД Украины Перебейноса, который критиковал участие иностранных делегаций в московских торжествах?

Ролан Дюма: Глупость и абсурд. Тем более когда источник — официальное лицо. Называть Россию «страной-агрессором» — это низко, нечестно и кощунственно, уже не говоря о том, что не соответствует действительности. Если становиться на такую позицию, то и в адрес части украинцев можно наговорить массу малоприятных вещей. Вот трагический факт моей собственной судьбы. В годы оккупации Франции был схвачен мой отец, который руководил движением Сопротивления в Лиможе. Его пытали и расстреляли 26 марта 1944 года. После я решил узнать обстоятельства его смерти. И вот что я выяснил, общаясь с выжившими товарищами по оружию моего отца. Среди тех, кто вел охоту на французских партизан в тех краях, были солдаты, которые говорили не на немецком языке, а на украинском. Скорее всего из частей вермахта, сформированных из националистов.

Как вам помнятся военные годы?

Ролан Дюма: Они пришлись на мою юность. Франция была оккупирована, и сидеть сложа руки я не мог. Первый раз попал в тюрьму, когда вместе с другими студентами сорвал в Лионе концерт Берлинского симфонического оркестра, прибывшего туда на гастроли. Когда выпустили, стал помогать моему отцу во всех его делах, а после его ареста и гибели ушел в «маки» к партизанам. После перебрался в Париж и участвовал в боях за его освобождение в августе 1944-го.

Текст: Вячеслав Прокофьев (Париж)