%d0%be%d0%bb%d0%b5%d0%b3-%d0%bb%d0%b0%d0%b7%d1%83%d1%82%d0%ba%d0%b8%d0%bd

На должность военного прокурора Калининградского гарнизона подполковник юстиции Олег Лазуткин был назначен 19 мая. До этого офицер занимал различные должности в органах военной прокуратуры (в том числе успел послужить в Чечне и принимал участие в выполнении задач по обеспечению безопасности и защите россиян на территории Южной Осетии), является участником боевых действий. Подполковник охотно согласился встретиться с корреспондентами «Комсомолки», чтобы рассказать о наиболее актуальных задачах, стоящих перед его ведомством. Поводом стало не только знакомство — в этом году исполняется 60 лет с момента создания военной прокуратуры Калининградского гарнизона.

«СЕГОДНЯ БОЙЦЫ НЕ МАШУТ МЕТЛАМИ ПО ПЛАЦУ»

— Вряд ли ошибусь, если предположу, что в представлении людей гражданских главным предназначением военных прокуратур остается борьба с неуставными отношениями — печально известной «дедовщиной». Но ведь нынче армия уже не та, что несколько лет назад?

— Да, еще до недавнего времени  вооруженные силы в общественном сознании воспринимались как место, куда человек попадает, словно в какое-то заключение. С обязательной необходимостью пережить те самые тяготы и лишения службы, о которых даже в тексте Присяги говорится. Но в том-то и дело, что сегодня все уже совсем по-другому. Главное обстоятельство, которое заметно повысило привлекательность и престиж военной службы — это изменение ее бытовых условий. Сегодня бойцы не машут метлами на плацу и не чистят ночами напролет картошку, а занимаются исключительно боевой учебой. Между прочим, с обязательным часом послеобеденного сна! Поменялся подход к организации питания личного состава. Скажем, «салат-бар» (несколько салатов и закусок на выбор — Ред.) — теперь обязательный пункт в меню любой воинской части. Даже в полевых условиях на сухих пайках солдаты могут существовать не более трех суток, затем непременно должен быть организован подвоз горячей пищи. Кроме того, действует эффективная система общественного контроля посредством комитетов солдатских матерей, общественной палаты и других правозащитных организаций и структур. Их представители постоянно приезжают в подразделения с проверками. Кстати, в Калининградской области такой контроль особенно плотный, ведь подавляющее большинство местных призывников остается служить в пределах своего региона.

— Это все замечательно, но, все-таки, что сегодня с пресловутой «дедовщиной»?

— Как массового явления, ее сегодня не существует. Одна из самых… неприятных, что ли, традиций вооруженных сил России оказалась практически изжита. Во-первых, сказалось снижение срока срочной службы. Во-вторых, теперь приходят призывники, имеющие совсем другое воспитание. Ведь чем обуславливались неуставные отношения? Прежде всего, теми привычками, которые новобранцы приносили с собой с «гражданки». Правильно ведь говорили, что каково общество, такова и армия. Изменилось общественное сознание — и почти немедленно последовали благотворные изменения в армейской среде. Конечно, отдельные прецеденты «неуставняка» еще имеют место, но это уже, скорее, издержки любого мужского коллектива, которые в специфических условиях военной службы, бывает, обостряются.

«ЭКОНОМИЧЕСКИЙ» ПЕРЕКОС

— Так, что же теперь в приоритете у военных прокуроров?

— В структуре преступлений, совершаемых в вооруженных силах России, сейчас отмечается некоторый перекос в сторону экономического криминала. Услуги аутсортинга предполагают привлечение к обслуживанию войск коммерческих структур. Ну а любой коммерсант стремится извлечь выгоду — увы, не всегда законными способами. Поэтому мы периодически фиксируем злоупотребления на этой почве. Допустим, попытки завысить нормы пайкового довольствия по сравнению с действительными, начиная с элементарного недовложения продуктов или такого известного приема, как пересортица. Ну, это когда в документах фигурируют товары одного качества (и, разумеется, по соответствующей цене!), а на деле поставляются те, что похуже. Или завышение объемов произведенного ремонта, уборки объектов и т. п. Командир может подписать не соответствующие действительности акты выполненных работ или в спешке или, в худшем случае — когда сам он вступает в преступный сговор с подрядчиком. Пытаются некоторые командиры с арендой «химичить» — недавно один из них был осужден.

Случаев самовольного оставления части ни в прошлом году, ни в этом в нашем гарнизоне не зафиксировано. Однажды только матрос попытался уйти — кстати, как раз по причине неуставных отношений! Завелся в той части, понимаешь, один «поклонник традиций» — теперь он обвиняемый по уголовному делу.

— Почему практически перестали появляться сообщения о привлечении командирами подчиненных не по назначению?

— Потому что уголовных дел такого рода давно не осталось. Возможно, сказался довольно жесткий подход, который практикуют военные прокуратуры по отношению к этому явлению. А может быть, юридическая грамотность рядового личного состава повысилась. Но теперь офицеры даже помочь погрузить и выгрузить вещи при переезде бойцов, как раньше, привлекать не рискуют. Не говоря уже о направлении солдат или матросов на незаконные хозработы.

«ПРИЗОВИТЕ МЕНЯ ПОСКОРЕЕ!»

— Знаю, что сейчас очень внимательно прокуратуры отслеживают проходящий призыв.

— Это может кому-то показаться удивительным, но многие выявленные нарушения связаны с попытками призывников скрыть врачебный диагноз, который мешает пойти на службу. Хотя, справедливости ради, имеют место и случаи прямо противоположенного свойства, когда врачи медкомиссий получали от уклонистов взятки за ложный диагноз. Но призывным компаниям мы действительно уделяем особое внимание. Вот сейчас начинается период отправки в войска, и наши сотрудники ежедневно будут выступать на сборном пункте и объяснять призывникам их права, как вести себя в той или иной проблемной ситуации, каким образом можно обратиться в органы военной прокуратуры.

— К слову, насколько известно, в регионе по-прежнему достаточно многие юноши ни за что не хотят идти служить по призыву.

— Борьба с уклонистами — это, скорее, компетенция полиции, нежели военной прокуратуры. Но я думаю, что эта проблема несколько преувеличена средствами массовой информации. До окончания весенней призывной компании почти месяц, а план призыва уже полностью выполнен. И все равно продолжают приходить граждане, которые заявляют о своем желании быть призванными на военную службу. Тем более, с 1 января этого года начали действовать изменения в законодательстве, позволяющие провести медицинское переосвидетельствование призывника. То есть, например, раньше медкомиссия признавала призывника негодным, он получал так называемый «белый билет» —  и это на всю жизнь. Раньше это не являлось особой проблемой, но теперь, когда принят закон, согласно которому, не служивший в вооруженных силах не может занимать определенные должности на государственной службе, ситуация резко изменилась. И теперь наблюдается настоящий наплыв желающих переосвидетельствоваться. Люди требуют: или уж дайте справку, что служить здоровье не позволяет, или призывайте поскорее!