%d0%be%d0%ba%d1%81%d0%b0%d0%bd%d0%b0-%d0%bc%d0%b0%d0%b7%d1%83%d1%80

Жительница Винницы, воспитывающая пятерых детей, на днях вернулась из зоны АТО домой, где ей вручили нагрудный знак «Мать-героиня»

Вернувшись в краткосрочный отпуск из зоны АТО, военный психолог Оксана Мазур поспешила к своим пятерым дочерям и мужу, с которыми не виделась почти три месяца. Дома ее ждала потрясающая новость — президент Украины Петр Порошенко присвоил ей почетное звание «Мать-героиня»! На сессии Винницкого городского совета депутаты поздравили Оксану. Женщина, излучающая спокойствие и уверенность в себе, поблагодарила всех за добрые слова и пожелания. А «ФАКТАМ» рассказала о том, как ей удается совмещать материнство и службу в АТО…

— Оксана, поздравляю вас с присвоением почетного звания «Мать-героиня».

— Спасибо. У нас с мужем Николаем, тоже военнослужащим, пять дочерей, — рассказывает45-летняя Оксана Мазур. — Три старшие дочери уже взрослые, они медики. Две из них обзавелись семьями и подарили нам троих внуков. Младшие дочки, 10-ти и 15 лет, — школьницы. Долгие годы наша семья жила в Крыму. Но как только полуостров оккупировали российские войска, мы перебрались на материковую Украину. К сожалению, многие из бывших сослуживцев, в том числе и наших друзей, поддались кремлевской пропаганде и перешли на сторону российской армии. Тяжело осознавать, что столько лет бок о бок служили с людьми, ставшими предателями. Ведь родина у нас одна, и военные обязаны ее защищать. Знаю, что многие из военнослужащих-украинцев, в одночасье ставших россиянами, уже переосмыслили происшедшее. Но путь в Украину им закрыт…

Признаюсь, в Виннице поначалу нас встретили не очень радостно. Были обвинения в том, что мы сдали Крым. Но если бы судьба полуострова зависела лишь от нас! А недоброжелателям хочу сказать: поймите и нашу боль. В Крыму мы оставили трехкомнатную квартиру. Только отметили новоселье, купили мебель, бытовую технику. Все пришлось бросить… Сейчас в нашем доме хозяйничают россияне. Они дали нам всего час на то, чтобы собрать самое необходимое. Покидали полуостров практически без денег — банковские карточки были заблокированы.

В Виннице я перевелась служить в полк связи, муж-офицер — в подразделение Воздушных Сил. В селе на Винничине проживают родители мужа. Пока две наши младшие дочери живут с ними. Ходят в сельскую школу, помогают бабушке и дедушке по хозяйству, научились доить коров. Очень скучают по родному дому. Вспоминают, как мы вместе отдыхали на море, ходили в горы, собирали целебные травы. Но дети понимают, что прежде, чем вернуться в Крым, его надо освободить.

— Вашей семье пришлось пройти через немалые испытания.

— Тем не менее я счастливый человек и хочу, чтобы все вокруг ощущали радость жизни. К слову, после заседания горсовета, где депутаты вручили мне нагрудный знак «Матери-героини», я, выйдя на улицу, столкнулась с горожанами, протестующими под зданием мэрии против сокращения социальных выплат. Они заявили, что в столь сложное время недопустимо получать какие-то награды, нельзя радоваться. Люди напуганы происходящими в стране переменами, военными действиями, поэтому четко сформулировать свои требования и пожелания не могут. Я попыталась успокоить граждан, объяснила, что подобные протестные акции лишь на руку недругам нашей страны. К тому же любые митинги сейчас еще и небезопасны, ведь толпа людей может стать мишенью для вражеских диверсантов.

— Как дети и муж восприняли вашу командировку в зону АТО?

— По специальности я психолог-реабилитолог. Еще в октябре прошлого года по заданию руководства на несколько дней отправилась на Донбасс, чтобы оказать психологическую поддержку бойцам девятого батальона территориальной обороны Вооруженных Сил Украины. Поскольку командировка была кратковременной, родным о ней не сообщила, чтобы не волновались за меня. Просто собрала свой рюкзак и уехала. Но очутившись на передовой, поняла, что бойцы и других подразделений нуждаются в моей помощи. Сообщила родным, что задержусь, и они меня поддержали. Лишь просили не попадать под обстрелы. Сказали, что молятся за меня.

Общаясь с бойцами, я убедилась, что люди, испытав невероятные душевные потрясения в условиях постоянной опасности, накопили огромную усталость, и это отрицательно сказывается на их психике. Некоторые покидали блокпосты, срывали выполнение военных задач, требовали ротации подразделения. А тут еще их жены и матери стали требовать, чтобы солдат поскорее вернули домой. В знак протеста женщины даже устроили акцию протеста под Министерством обороны, перекрывали автомагистрали. Однако с кем бы из бойцов я ни общалась, они твердили, что защищают от врага, прежде всего, свои собственные семьи, своих детей. Словом, в психологической поддержке нуждались и бойцы, и их родственники …

Жены, подруги, мамы должны беречь своих мужчин-героев. Женщины, которые это понимают, приезжают к ним в зону АТО, останавливаются в населенных пунктах, где нет боевых действий. Командиры отпускают бойцов к женам на двое суток. Ведь знают, что любовь, нежность так необходимы.

— Многие из нас не привыкли обращаться к психологу. Как убедить солдата, что ему необходима такая помощь?

— Чем дольше человек воюет, тем больший посттравматический стресс получает. И спасать его надо как можно скорее, тогда уменьшается вероятность возникновения психологических проблем в дальнейшем. Но поначалу не все солдаты это понимают. Стоило командиру подразделения представить меня как человека, который может помочь преодолеть страхи и ужасы военной действительности, бойцы тут же отнекивались, дескать, мы не психи. Тогда я объясняла, как важно выработать устойчивость к стрессам, справиться с депрессией. Люди, сперва «закрывшиеся», начинали выговариваться.

— Какие психологические приемы чаще всего использовали, чтобы помочь бойцам?

— Например, просила нарисовать в своем воображении большой мешок и сбрасывать в него все, что беспокоит. Это помогает «разрядиться». Для солдат самое большое потрясение — потерять боевого побратима. Многие винят себя в том, что не сумели спасти друга. Кроме того, некоторые опасаются, что после пережитого на Донбассе и в мирной жизни будут решать проблемы с помощью оружия. Другие жалуются, что болезненно переносят длительную разлуку с родными. В общем, у каждого свое. В надежде приглушить стресс некоторые увлекаются алкоголем, но от этого становится еще хуже. Кстати, спиртное приносят местные жительницы — жены сепаратистов, которые заодно и высматривают наши позиции.

С человеком угнетенным, психоэмоциональные нагрузки которого сопровождаются вспышками ярости, гнева, агрессии, или, наоборот, замкнувшимся в себе, совершенно равнодушным к происходящему вокруг, важно начать доверительный разговор, дать ему выговориться. Ему важно услышать слово собеседника — сочувствующее, подбадривающее, вселить веру в нашу победу. Бывает, боец рассказывает о пережитом не как о событиях, в которых он участвовал сам, а от третьего лица. Это тоже способствует постепенному выходу из стресса. После таких разговоров даже сильные волевые мужики не скрывают слез. Слезы — это хорошо, ведь с ними уходят боль, печаль, тревога. Правда, в некоторых случаях беседы недостаточно, требуется и медикаментозное лечение. Тем не менее напомню известную истину: Господь никогда не даст человеку испытания большего, чем он выдержит.

— А как побороть страх перед постоянными обстрелами наших позиций?

— Говорила бойцам, что самая главная задача для них — сохранить жизнь свою и товарища. Чтобы спастись от минометного и артиллерийского огня, надо обязательно сказать себе: «Я выживу!» Или представить, что играете с несущими смерть снарядами «Градов», «Ураганов»… в кошки-мышки. Я сама неоднократно попадала под обстрелы и убедилась: такой положительный настрой срабатывает.

Удивительно, но о предстоящей опасности бойцов предупреждают… животные. В каждом батальоне есть любимцы — собаки, кошки. Собаки чувствуют, что скоро начнется обстрел, и тут же «ныряют» в окопы. Кошки дружно мяукают.

Главное, что сейчас наша армия уже другая. Помню, в Крыму один контрактник жаловался, что за десять лет службы даже не держал автомат в руках. Нынче солдаты сильны не только своим духом. Они хорошо вооружены, имеют боевой опыт. И нет ни малейшего сомнения, что мы победим.

— Мир в души бойцов несет и слово Божье. Может, поэтому вы часто работаете вместе с отцом Владимиром из Тернополя?

— Да, в Мариуполе он открыл часовню. Удивительно, но, как только отец Владимир начинал церковную службу, к окошку тут же прилетал белый голубь! Эта чудесная птица, символизирующая мир, вселяла уверенность, что военные действия на Донбассе скоро завершатся. Многие россияне уже отказываются воевать на стороне «ДНР» и «ЛНР», поняв, что эта война бессмысленна и из-за действий Путина гибнут не только украинцы, но и их граждане. Бывает, противник стреляет холостыми патронами. Или добровольно сдается в плен. В зоне АТО наши бойцы просвещают россиян призывами, написанными на стенах домов, заборах: «Пусть будет мир!», «Берегите и свою жизнь, и нашу!» И это тоже срабатывает.

В Украине создаются реабилитационные центры для бойцов АТО, в том числе и на базе существующих лечебных учреждений. Там с вернувшимися с передовой солдатами работают психологи. Ребята принимают физиотерапевтические процедуры, гуляют на свежем воздухе вместе с женами, друзьями. Впрочем, курс реабилитации воинов АТО может растянуться на несколько лет…

— Поддерживая бойцов, вы ведь и сами испытываете огромную психологическую нагрузку?

— Мне помогает восстановить душевное равновесие любимое занятие — вышиваю картины крестиком или бисером. Вышила много икон. Дочерей, кстати, тоже приучила к этому рукоделию.

Тамара МАЛИНОВСКАЯ