%d0%b3%d0%b5%d0%bd%d0%bd%d0%b0%d0%b4%d0%b8%d0%b9-%d0%b7%d0%b0%d0%b9%d1%86%d0%b5%d0%b2

Генерал-майор, Герой Советского Союза Геннадий Зайцев дольше всех возглавлял подразделение «А», созданное по инициативе Ю.В. Андропова для противодействия терроризму. 14 лет он руководил боевыми операциями, большинство из которых были связаны со спасением людей. И всегда побеждал.

Геннадий Николаевич, судя по вашей официальной биографии, свою ратную службу вы начинали в кремлевском полку? Тогда, в самом начале 1950-х, он тоже размещался «за стеной» и имел такие же, как сейчас, функции?

Геннадий Зайцев: Да, наш 2-й батальон находился в третьем корпусе Кремля, которого сейчас нет, на его месте стоит ГКД или, как еще говорят, Дворец съездов. Большую часть своей срочной службы я провел в карауле на посту в здании правительства. Три года отслужил, а потом мне предложили остаться на сверхсрочную старшиной роты. Правда, вначале я отказался, хотел вернуться домой на Урал. Но меня тут же пригласил секретарь партбюро батальона майор Вагин, и говорит: «Как же так? Вы только что в партию вступили. В заявлении писали, что не боитесь трудностей. И вот партия дает вам первое поручение, а вы в кусты». «Ладно, — говорю, — на два года останусь».

И вот остался. Получилось, больше чем на 40 лет. Будучи старшиной 5-й роты, экстерном закончил 8-й, 9-й и 10-й классы средней школы, получил аттестат зрелости. А через два года меня пригласили продолжить службу в офицерском батальоне.

Что это за подразделение — офицерский батальон? Никогда про него не слышал.

Геннадий Зайцев: Он входил в управление коменданта Московского Кремля или, как тогда оно называлось, 10-е управление КГБ СССР. На самых ответственных постах в правительстве и ЦК, там, где работали члены политбюро, службу несли не солдаты или сержанты, а исключительно офицеры. Правда, офицерского звания я тогда так и не получил. Представление было сделано, но в 1959 году Хрущев затеял колоссальное сокращение Вооруженных сил.

Пригласил меня на беседу по этому поводу комбат Гущин: «Ты уж извини, офицеров сокращаем, а ты всего лишь старшина». Я ему: «Николай Петрович, у меня крыши над головой нет. Хотя бы какую-то комнатенку выделите, а уже потом увольняйте». Жил я тогда у родителей жены на подмосковной станции Перловская. Он звонит в управление кадров: «Вы можете задержать увольнение Зайцева на неделю-две»? И вскоре мне выдали ордер на комнату в Новоспасском переулке. Ну, а затем, почти сразу, поступило предложение работать в 7-м управлении КГБ.

То есть, в службе наружного наблюдения, так? Ее сотрудники «пасли» иностранных дипломатов, заподозренных в шпионаже.

Геннадий Зайцев: Нет, это было другое подразделение, оно отвечало за охрану посольств. Там стал офицером. Рос в званиях, поднимался по должностным ступеням. В 1977 году мне предложили возглавить «Альфу». Я уже был заместителем начальника отдела, подполковником.

А удалось получить военное образование?

Геннадий Зайцев: Заместитель председателя комитета, который тогда курировал наше управление, спросил: «Геннадий Николаевич, вот вы мне скажите, как будете возглавлять военизированное подразделение, если не окончили военного училища?». Я ему так ответил: «Тот, кто пять лет прослужил в полку специального назначения в Кремле, считайте, академию окончил». Его такой ответ вполне удовлетворил. И больше этот вопрос не поднимался.

Еще, в вашей биографии я прочитал, что в 1967 году вы недолго руководили группой сотрудников КГБ, которая охраняла Андропова. Это правда?

Геннадий Зайцев: Да, был такой эпизод. Юрий Владимирович жил на скромной деревянной даче в районе Рублево-Успенского шоссе. Минут за 20 до выезда в Москву он выходил из своего домика, гулял немного по лесу, потом мы появлялись, он каждому пожимал руку, говорил: «Ну, что, поедем потихоньку?». Однако до комитета охрана никогда не доезжала, он считал неудобным появляться с кортежем перед своими коллегами. У гостиницы «Украина» наша машина сворачивала в сторону, и дальше Андропов ехал один. Вечером там же, у «Украины», мы его подхватывали и сопровождали на дачу.

Но первым командиром группы «А», как известно, был Герой Советского Союза, пограничник Виталий Бубенин. Почему, спустя три года, он опять запросился отпустить его в родные погранвойска?

Геннадий Зайцев: Это его надо спрашивать, почему. Подразделение «А» тогда располагалось в том же здании, где служил и я, у нас с Виталием сложились теплые отношения. Однажды он мне сказал, что написал рапорт об уходе. Потом показал резолюцию Андропова: «Тов. Матросову. Прошу очень внимательно отнестись к просьбе товарища Бубенина. И по возможности решить ее положительно». Матросов командовал погранвойсками. Виталия вскоре назначили начальником политотдела отдельного Камчатского пограничного отряда. И он отбыл туда.

Интересно, а почему выбор пал именно на вас? И когда вам предложили возглавить это самое боевое подразделение комитета, то вы сразу согласились?

Геннадий Зайцев: Лично я никакой инициативы сам не проявлял. И при первой беседе на эту тему от назначения отказался. Сослался на то, что здоровье слабое. Мне казалось, что дело это настолько ответственное и трудное, что я не справлюсь. Потом меня пригласили еще раз. Тут я по некоторым признакам понял, что третьего раза уже не будет. «Что ж, если надо, то готов пойти».

И с чего вы начали?

Геннадий Зайцев: С того, что внимательно изучил каждого сотрудника, провел долгие беседы со всеми. В результате пятерых пришлось откомандировать, они, на мой взгляд, были непригодны для такого рода службы. Мои замы Роберт Петрович Ивон и Михаил Михайлович Романов встретили этот шаг с пониманием, поддержали меня. Потом стали набирать новых людей, штатное расписание выросло до 56 человек. Через год оно увеличилось еще на 70 единиц.

И так совпало, что с вашим назначением подразделению пришлось активно участвовать в разного рода боевых операциях по противодействию террористам. О многих из них написаны книги, сняты фильмы. Самая нашумевшая связана со штурмом дворца Амина в Кабуле в декабре 1979 года. Но, странное дело, ваша фамилия там никак не фигурирует. Что случилось тогда?

Геннадий Зайцев: Я в госпитале лежал со страшным приступом радикулита.

Если не ошибаюсь, в середине 80-х годов ваши бойцы провели серию задержаний агентов ЦРУ и ФБР на территории нашей страны. Это гораздо позже стало известно, что их выдал сотрудник американской разведки Эймс, который стал работать на нас. Было арестовано 12 человек. И прокол случился только с одним — Огородником, который во время задержания сумел проглотить ампулу с ядом…

Геннадий Зайцев: Нет, мы к Огороднику отношения не имели. Его раньше взяли, еще в 1977-м. И случай этот хорошо отражен в многосерийном телефильме «ТАСС уполномочен заявить», где Огородник выведен под фамилией Дубов. «Альфа» тут ни при чем. Но после того случая было принято решение — все подобные акции проводить только с участием нашего подразделения. И ни разу — ни одной осечки. Когда происходил арест человека, подозреваемого в шпионаже, то первым делом с него снимали всю его одежду, заменяли ее нашей амуницией. Обычно — спортивным костюмом. Когда задерживали Сметанина, помощника военного атташе в Португалии, то сразу сняли с него очки — потом выяснилось, что в оправе был сильнодействующий яд.

Одна из самых драматических страниц в истории группы «А» связана с октябрем 1993 года, с вашим отказом штурмовать здание Верховного Совета России. Известно, что тогда на вас оказывалось сильное давление…

Геннадий Зайцев: Четыре года — с 1988 по 1992-й я исполнял обязанности заместителя начальника 7-го управления, то есть был оторван от «Альфы». Затем президент Ельцин своим указом от 4 июля 1992 года вернул меня на прежнюю должность. 1 августа он прибыл на нашу базу, чтобы посмотреть, как действуют бойцы «Альфы» в полевых условиях. Мы показали ему шесть фрагментов. Ельцин сказал мне: «Вот теперь я понял: если бы в августе 1991 года вы стали штурмовать Белый дом, то через 15 минут от нас бы один «пшик» остался».

4 октября в 4.30 утра командиров «Альфы» и «Вымпела» вызвали к президенту. До этого мы долго томились в Государственном Кремлевском дворце, спали там прямо в креслах. Ельцин сказал: «Вот недавно вы продемонстрировали мне свои возможности на полигоне. Теперь проявите их в Белом доме. Там засели негодяи, враги демократии и России». В своих воспоминаниях президент описывает это так: «Я посмотрел на этих людей. Их головы были опущены, лица понурые. Я задал им вопрос: вы будете выполнять приказ президента? Молчание. Тягостное молчание. Тогда я по-другому поставил вопрос: вы отказываетесь выполнять приказ президента? Опять молчание. Уходя, я сказал начальнику Главного управления охраны генералу Барсукову и командиру «Альфы» Зайцеву: приказ президента должен быть выполнен». Не дословно передаю, но суть была именно такой.

Ну, и что Барсуков? Настаивал на выполнении такого приказа?

Геннадий Зайцев: Конечно. А дальше было так. Два наших сотрудника вошли в Белый дом, их там встретил генерал-полковник Макашов, потом подошел Баранников. Сотрудники представились: мы из «Альфы». Баранников, проверяя их, спросил: кто у вас командир? «Зайцев Геннадий Николаевич». — «Я хотел бы с ним поговорить». Они ответили, мол, с ним говорить уже поздно, если вы не согласитесь с нашим предложением, то через 20 минут мы будем обязаны штурмовать Белый дом. Какое предложение? Сотрудники «Альфы» делают коридор в сторону набережной, в конце коридора будут стоять автобусы, которые развезут всех вышедших из здания людей до ближайшей станции метро. Согласие было получено, и так удалось избежать большой крови. Хотя, скажу откровенно, президенту Хасбулатов и его сподвижники живыми были не нужны.

Да, этот факт подтверждает в своих воспоминаниях и Коржаков, который тогда был начальником службы безопасности у Ельцина. Но вот что еще хотелось бы уточнить. Ведь в ходе той операции был убит ваш сотрудник Геннадий Сергеев. Причем, говорят, что пуля прилетела не из Белого дома, а как раз с противоположной стороны, то есть с позиций проельцинских сил. Не хотели ли таким образом разозлить «Альфу», спровоцировать вас на бойню?

Геннадий Зайцев: Ясно, что стрелял подготовленный человек, снайпер. Но чей это был стрелок, так и осталось невыясненным. Конечно, это было специально сделано, чтобы вывести нас из равновесия, заставить кромсать всех направо и налево.

После этого Ельцин обиделся на вас?

Геннадий Зайцев: Очень обиделся. И на нас, и на «Вымпел». В 1993 году «Вымпел» своим указом он передал в МВД. Знаете, какой списочный состав этой структуры тогда был? 660 человек! Элита спецназа! Огромные деньги потратили на подготовку. А в МВД согласились перейти только 49 офицеров, остальные предпочли уволиться или перейти служить в другие подразделения.

И «Альфу» точно таким же образом хотели уничтожить. Я получил приказ подготовить списки специалистов. Понятно для чего. Чтобы их затем разбросать по разным структурам. Я понял, что если выполню этот приказ, то в итоге мы с замом вдвоем останемся в «Альфе». Стал ходить по разным высоким кабинетам, всем доказывал, что уважающее себя государство без такого подразделения жить не может. А чтобы создать на месте руин новую службу, потребуются не меньше пяти лет и огромные средства. Потом, как я понял, Барсуков сумел это дело спустить на тормозах, а Ельцин просто забыл про нас.

С 1991 до 1995 года «Альфа» существовала в структуре ГУО, затем опять вернулась на Лубянку.

Скажите, Геннадий Николаевич, а какую из всех многочисленных операций вы считаете неудачной?

Геннадий Зайцев: Наверное, это декабрь 1993 года, когда четыре бандита в Ростове захватили в заложники 15 школьников и их учительницу. Мы оперативно вылетели спецрейсом туда и вечером того же дня стали готовить операцию по освобождению людей. Но потом вмешались совершенно непредвиденные обстоятельства в лице местного губернатора и его спутницы, энергичной дамы, которая выдавала себя за помощника министра иностранных дел России. Губернатор сразу заявил, что все руководство операцией берет на себя, что отстраняет меня от ведения переговоров с бандитами, а все контакты с ними будет отныне вести его спутница.

Возможно, эти люди тоже горели искренним желанием спасти детей и учительницу. Возможно, они исходили из самых добрых побуждений. Но беда, когда за такое тонкое дело берутся непрофессионалы. Вскоре из Москвы пришла телефонограмма, гласившая, что мадам никакого отношения к МИДу не имеет и ей запрещено выступать от имени главы этого ведомства. Но она продолжала всячески вставлять нам палки в колеса. Доходило до того, что террористы именно от нее узнавали о всех приготовлениях, которые обсуждались в нашем штабе. И можно считать чудом, что в итоге все разрешилось почти благополучно. Но урок этот оказался очень показательным.

Сколько бойцов «Альфы» погибло за сорок лет существования группы антитеррора?

Геннадий Зайцев: 31.

А сколько жизней было спасено в ходе операций с участием ваших офицеров?

Геннадий Зайцев: Точной цифры не существует. Несколько тысяч человек.

Когда в 1974 году создавалось ваше подразделения, то за образец тогда взяли аналогичные структуры, существовавшие в США и ФРГ. Можно ли говорить, что теперь наше подразделение не уступает западным по вооружению, подготовке, опыту?

Геннадий Зайцев: В 2001 году террорист захватил рейсовый автобус в Минводах. На «торпедо» водителя он поставил тонкий стакан с гранатой внутри, у которой была вытащена чека. Автобус тронется, стакан падает — и взрыв. Наши ребята сработали блестяще. Они хитроумным способом сумели выманить бандита из автобуса, а потом снайперским залпом его немедленно уничтожили. И тогда Нетаньяху, премьер-министр Израиля, который сам когда-то служил в спецназе, сказал: «Я считаю «Альфу» самым лучшим спецподразделением мира».

Терроризм, как мегавирусная инфекция, поражает земной шар. Не проходит и дня, чтобы где-то не случился захват заложников, подрыв «смертника» или другая беда. Судя по всему, ваши воспитанники без работы, увы, не останутся…

Геннадий Зайцев: К сожалению, это так. В некоторых регионах террористы ведут самые настоящие боевые действия, развернули войну против гражданского населения. И еще одна особенность: теперь эта зараза стала международной, под знамена разного рода «борцов» становятся экстремисты разных стран. Так что и «Альфа», и «Вымпел» без дел не сидят. Порох держат сухим.

Вы ни о чем не жалеете с высоты своих 80 лет?

Геннадий Зайцев: Ни о чем не жалею. Прослужил 41 календарный год и лучшим временем считаю то, что провел в «Альфе».

А сейчас работаете?

Геннадий Зайцев: Да, возглавляю охранную структуру. Каждый день ровно в восемь утра на рабочем месте.

***

12 сентября Геннадию Николаевичу Зайцеву исполняется 80 лет. «Российская газета» сердечно поздравляет юбиляра и желает ему еще долго оставаться в боевом строю.

Текст: Владимир Снегирев (блог автора) (сайт) (Корр. «Вечерней Москвы» специально для «Российской газеты»)